Женщину прооперировали в ГКБ № 1 ещё осенью 2015-го, а спустя два года хирурги нашли в её животе марлевый тампон
Женщину прооперировали в ГКБ № 1 ещё осенью 2015-го, а спустя два года хирурги нашли в её животе марлевый тампон

Осенью 2015 года 37-летняя Анна (имя изменено по просьбе пациентки. — Прим. авт.) из Сатки попала в челябинскую горбольницу № 1 с подозрением на мочекаменную болезнь. Урологи установили ей стент для оттока мочи, а затем в гинекологическом отделении провели полостную операцию по удалению матки. Спустя две недели женщина пошла на поправку. Стент больной убрали и выписали её.

В январе 2017-го Анна вновь попала к хирургам с болями в животе. Но уже в Сатке. Её госпитализировали с подозрением на осложнение острого аппендицита. УЗИ показало у неё в брюшной полости объёмное образование. Врачи приняли его за аппендикулярный инфильтрат — опухоль, захватывающую аппендикс, слепую кишку, брюшину и петли тонкой кишки. В большинстве случаев после курса антибиотиков и капельниц она рассасывается без оперативного вмешательства. Поэтому Анне назначили стандартное лечение.

Через полторы недели, когда воспаление и боль прошли, а инфильтрат уменьшился в размерах, пациентку выписали. Но через полтора месяца её состояние ухудшилось. На скорой Анну доставили в хирургию саткинской больницы, где её прооперировали.

Оказалось, что абсцесс в брюшной полости развился у пациентки из-за марлевого тампона. Полуметровую салфетку, как считает женщина, внутри неё забыли во время операции в Челябинске. Двухлетнее соседство чужеродного объекта с кишечником вызвало тяжёлые последствия.

После его удаления у Анны в стенке тонкого кишечника образовалось отверстие. За минувший год она пережила четыре непростых операции для его устранения. Из-за частых больничных и госпитализаций женщине пришлось уволиться.

— Жизнь поделилась на до и после проблемной операции, — рассказала 74.ru пациентка. — Каждая операция проходит под наркозом. Это отразилось на слухе и памяти. Я настолько устала от этого затянувшегося лечения. Вернуться к прежней жизни, к сожалению, пока нереально. Сейчас необходимо закрыть образовавшийся свищ.

Чтобы хоть как-то компенсировать утерянное здоровье, женщина потребовала с больницы, где ей проводили первую полостную операцию, полтора миллиона рублей.

— Мы считаем, что в челябинской ГКБ № 1 некачественно оказали услугу по проведению операции, поскольку по её результатам в брюшной полости женщины осталось инородное тело, — комментирует эксперт Общероссийского народного фронта Вячеслав Курилин, представляющий интересы пострадавшей пациентки. — Поэтому мы сначала направили претензию руководству больницы с требованием выплатить компенсацию морального вреда. Если медучреждение откажет, будем обращаться с иском в суд и настаивать при необходимости на проведении независимой судебно-медицинской экспертизы.

В пресс-службе ГКБ № 1 получение претензии 74.ru подтвердили.

— Претензия в адрес больницы поступила 29 января. На данный момент в ГКБ № 1 проводится внутренняя проверка доводов заявителя. В них много противоречивых данных, нужно подробно разобрать ситуацию, — сообщили в больнице. — По результатам проверки мы сможем предоставить полный комментарий.

Проверку по этому факту сегодня начала прокуратура Центрального района.

— Оценку действий врачей дадим по её результатам, — сообщил районный прокурор Виктор Зеленкин.

Сегодня с пострадавшей связался заместитель главврача ГКБ № 1 и предложил пройти все реабилитационные процедуры в больнице «на высшем уровне».

— Мы рассматриваем это как своего рода признание вины, — заметил Вячеслав Курилин. — В зависимости от того, что предложит руководство больницы, мы готовы пойти на мировую и решить спор в досудебном порядке.

Это не первый случай, когда на Южном Урале хирурги забывают в пациентах инородные предметы. В 2010 году Челябинская областная клиническая больница выплатила 118 тысяч рублей пациенту из Кусинского района. В его животе во время операции по удалению желчного пузыря оставили салфетку. В 2013 году с роддома № 1 в Златоусте взыскали 100 тысяч в пользу роженицы. В её брюшной полости также забыли салфетку во время кесарева сечения. В августе 2017 года СК начал проверку качества оказанной помощи челябинке, в теле которой после экстренной операции в ОКБ № 3 остался инородный предмет.